Возвращение Низвергнутого - Страница 20


К оглавлению

20

— Что за…! — открыл старик было рот, но я шагнул вперед, на свет висящей на крюке масляной лампы, и слова замерли у него в горле. На это я и рассчитывал — рыбак был готов сражаться за свое имущество с кем угодно, но только не с облаченной в массивные доспехи нежити со злобно сияющими глазами и сероватыми отростками, вьющимися над головой.

Наклонившись вперед, я приблизил свое промороженное и покрытое инеем лицо к старому рыбаку и прошелестел:

— Старик, мне нужен этот корабль. Ты хозяин этой посудины?

— Ы-ы-ы… кх-х… я, — едва выдавил старик задрожавшими губами, с ужасом глядя в мои светящиеся глаза. Его лицо серело на глазах, превращаясь в маску страха.

— У тебя и твоей команды есть две минуты, чтобы убраться отсюда, — продолжил я, лениво перехватывая потянувшееся к шее старика щупальце. — Потом я за себя не ручаюсь — уж слишком я голоден. Ты меня хорошо понял?

— А-ага, — с заминкой кивнул рыбак.

— Сколько еще человек на борту?

— Двое… остальные в портовом кабаке…

— Вот и бери этих двоих и валите отсюда. Рикар, заплати ему за лодку! Давай, старик, пошел!

— Зачем платить, господин Корис? — с искренним недоумением воззрился на меня Мукри. — Наша добыча по, праву, клянусь ржавым якорем самого Красноглазого Демона!

— Готовься к отплытию! — оборвал я его и вновь повернулся лицом к городу. Что-то не так… очень сильно не так… — Тикса! Бегом на борт!

В отдалении по-прежнему полыхал трактир и виднелись тянущиеся к нему цепочки факелов — люди спешили на пожар. Но мой взор был прикован к другой стороне — я смотрел на окраину города, откуда мы вошли в город меньше дня назад. Я чувствовал что-то странное, не поддающееся объяснению и описанию словами. Что-то… мрачное приближалось. Я ощущал это каждой клеточкой своего тела. Предчувствие беды?

Мимо меня пронеслись три тени — старик бежал во главе двух сонных рыбаков. Бежали, не оглядываясь и молча. Пронеслись по узкому трапу и помчались дальше, подальше от порта и подальше от страшной ледяной твари, захватившей их корабль. Бьюсь об заклад, что бегут не куда-нибудь, а прямиком к страже или в церковь. По-хорошему следовало бы перерезать им глотки, распороть животы, чтобы не всплыли, и притопить прямо здесь. Или воспользоваться своими щупальцами, вытянув из них жизненную силу, чтобы не пропадала зря…

Поймав себя на мысли, что совершенно хладнокровно рассуждаю о том, чтобы лишить жизни трех безвинных людей, я с противным скрипом зябко передернул закованными в доспехи плечами. Я сильно изменился с тех нор, как превратился в кусок бесчувственного льда. Изменился не в лучшую сторону.

— Быстрее! — в голос рявкнул я, подстегивая и без того вовсю суетящихся людей.

Именно что суетящихся — только двое бывших пиратов четко знали, что именно надо делать, а остальные старались выполнить их короткие и зачастую непонятные приказы. Палуба сотрясалась от шагов, около главной мачты заскрипели блоки, зашуршали замерзшие и не хотящие расправляться паруса. Слава Создателю… или не ему?.. было довольно ветрено.

— Мукри, склирс ты бритый, сапог тебе в зад! Долго еще копаться будешь? — с кормы послышался злой рев Рикара. — Выводи нас отсюда!

— Рикар, это тебе не деревянный кораблик, что ты в детстве в ручье пускал! — огрызнулся пират. — Рубите причальные концы! Убирайте трап! Поднимайте якорь, да поживее, якорь вам в глотки!

Один из толстых канатов обрубил я, с другим справился Тикса, с носа послышался его вопль:

— Готово!

Заскрежетала цепь, вытаскиваемая из морской пучины дружными усилиями.

Я метнулся к трапу и ошеломленно замер — по переброшенной через борт доске медленно сходила Алларисса. Девчонка покидала корабль и делала это абсолютно молча, целеустремленно шагая вперед и устремив взор в одну точку.

— Аля! — крикнул я, отмирая и кидаясь следом.

Метнув взор туда же, куда неотрывно смотрела девушка, я узрел неподвижно замершую и странно искривленную фигуру с воздетыми над головой руками. И тускло пульсирующую желтую искорку. Мое новое зрение легко позволило разглядеть, что неизвестный сжимал в обеих руках длинный кинжал, в чьей рукояти мерцал желтый драгоценный камень.

В следующую секунду я сцапал мерно шагающую Аллариссу в охапку и, вздев ее в воздух, попятился назад на корабль, прочь от темной фигуры. Сделал шаг, еще один — и девушка превратилась в настоящий ураган, в безумную бестию, нечленораздельно рычащую и неистово бьющуюся в моих руках. Я тащил Алю прочь, содрогаясь от ее беспорядочных ударов, и молился лишь об одном — чтобы мои щупальца не приняли ее за врага. Изогнувшись всем телом, обезумевшая девчонка скрежетала ногтями по моей броне, со звериным визгом вцепилась зубами в стальные наручи.

— Господин Корис! — на трап выскочил огромный и взъерошенный здоровяк, сжимая в обеих руках топор. — Что?!

— Не подходить! — рявкнул я, не отрывая взгляда от стронувшегося с места и направившегося ко мне незнакомца. Шагающего странной, подпрыгивающей походкой, кренясь на бок и исторгая из себя едва понятное мычание:

— В-воз-зьми…

— Стреляйте в него! — заорал я, швыряя бьющуюся девушку в объятия здоровяка и выхватывая меч. — У него кинжал! Кинжал Повелителя! Убить!

Первая стрела вонзилась в середину груди мужчины с кинжалом и глубоко вошла по самое оперение. А он ее даже не заметил, продолжая ковылять вперед. Шагать… и радостно улыбаться, словно увидел лучших друзей. Крики Аллариссы не прекратились, но стали приглушенными — похоже, девчонку закинули в каюту или трюм. Я выставил перед собой меч и ждал, пока незнакомец не подойдет на расстояние удара. А оставшиеся на корабле продолжали вбивать в него стрелы практически в упор. Вот он споткнулся, когда очередная стрела пробила колено, вновь выпрямился и зашагал дальше, улыбаясь во весь рот! За моей спиной коротко хекнуло, и утыканного стрелами мужчину откинуло назад таранным ударом брошенного топора. Он завалился навзничь, тяжело рухнув на залитую его кровью набережную, пару раз дернулся, неуклюже подбирая под себя ноги, и вновь начал подниматься. И это несмотря на то, что промеж его глаз торчал топор, почти что расколовший голову пополам.

20